Проблемы психологии искусства в школе С.Л. Рубинштейна

Страница 2

Лосев доказывает, что эстетике стоиков близка эстетика эпикурейцев, несмотря на традиционные представления об их глубоком различии, поскольку мировоззрению последних свойственен глубокий имманентизм. Эпикурейство - это больше самодовление, в котором парадоксально слились разочарование с самодовлением и отчаяние - с наслаждением. "Переводя все в субъект, эпикурейцы ощущали не бесконечность, не пустоту, не глубину, но плоскость, не интимность личностных соприкосновений, а только холодное любование на собственное самодовление" (там же, с.304). И далее: "эпикурейская красота бесполезна, бесплодна" (там же, с.305).

Скептицизм же доводит имманентизм до полного абсолюта. "Раньше думали, - пишет Лосев, - что красота в объективной закономерности всего миропорядка. Иные думали, что красота есть та или иная устроенность субъективного духа. Но до сих пор еще никто не думал, чтобы красота была в полном отсутствии всякой субъективной устроенности, чтобы красота заключалась в полном предоставлении субъективной человеческой жизни протекать так, как она только хочет" (Лосев, 1979, с.383). И далее: "образ печали лежит на красоте античного скепсиса. И тут, как в других школах эллинизма, ощущается какая-то внутренняя неудача духа, нечто погибшее, невозвратимое. И тут мы тоже как бы у могилы великих исканий и намерений, в склепе замечательной и роскошной, но увядшей и приговоренной культуры . Это, однако, какое-то трансцендентальное отчаяние, потому что психологически это не отчаяние, а только бездействие, не смерть, а только покой" (там же, с.385). Здесь более чем очевидна связь философии жизни, эстетического миросозерцания и психологической модальности спoсоба бытия человека, его представлений о себе. Этот своеобразный синкретизм, имманентная комплексность историко-философского исследования Лосева позволяют понять и выделить для нашего дальнейшего анализа особую категорию философии психологии, которая у него раскрывала различие интерпретаций человеком своего субъективного мира в соотношении с миром в целом в разные исторические периоды, его стремление к той или другой психологической позиции - состоянию самодостаточности, обезличенности, безмятежной устраненности и т.д.

Однако, если Лосев избирает в качестве уровня абстракции для своего анализа человека вообще, то в последующие эпохи, по-видимому, необходимо пользоваться уже категориями личности и общества соотносительно с характером и ролью искусства в их жизни. Искусство становится все более индивидуализированным - личностно-ориентированным, отвечая одновременно состояниям подъема или упадка общества в целом, типу его культуры и социальной психологии его различных слоев.

Рубеж 19-го и 20-го веков оказывается моментом необычайного дробления представлений о красоте и появления - в форме модернизма - потребности в отображении и выражении безобразного в человеке, что еще раз подтверждает связь искусства с философией психологии человека, его самооценкой, саморепрезентацией. Красота, бывшая эстетико-философской категорией, начинает приобретать различные самостоятельные функции в культуре, с одной стороны, и собственно в духовной жизни - с другой стороны. Одной из функций оказывается полезность эстетического как предметная (прообраз будущего дизайна), так и жизненная - эстетическая организация образа жизни, отвечающая современной потребности человека в комфорте, удобстве. Эта функция оказывается в соответствии и с эстетическим формализмом как стремлением к геометрии, графике форм, и одновременно выражает своеобразную способность личности удержаться на предложенной ей культурой 19-го века глубине и сложности организации своего внутреннего мира, и соответственно - его потребностей. Начинается процесс отчуждения личности - как самоотчуждения, так и отчуждения от искусства, безразличия к его произведениям или поверхностность его восприятия. Скорее искусство рубежа веков отражает резкую перемену психологии личности, а не психология и восприятие соответствуют этому искусству. Скрябин и Врубель разными художественными средствами выражают одно и то же дисгармоничное, деструктивно-диссонансное внутреннее состояние человека этого периода. Поэтому применительно к этому периоду, как, впрочем, и многим другим, нужно говорить о соотношении искусства и психологии личности, а не только о восприятии последней его произведений. Исходя из этого, следует говорить о различном соотношении искусства и психологии человека, об их разных функционально-жизненных смысловых связях в разные исторические периоды, не ограничиваясь в постановке проблемы психологии искусства проблемами его творчества и восприятия.

Приложения
Приложение 1 Список экспериментальной группы детей МДОУ №204 «Звуковичок» компенсирующего вида 2001–2002 гг. рождения 1. Балакиров Роман 2. Безуглов Михаил 3. Емельяненко Максим 4. Живлякова Мария 5. Зинченко Дарья 6. Отрощенко Данил 7. Панова Анжела 8. Фольц Яков 9. Харламов Дмитрий 10. Шляпников Дмитрий Список контрольной ...

Теоретический анализ проблемы отношений и предпочтений в классном коллективе. Роль эмоциональных предпочтений и референтных отношений в структурировании коллектива
Очевидным является тот факт, что члены коллектива находятся в каких-либо взаимоотношениях. Эти отношения постороннему наблюдателю открываются далеко не сразу. Иногда требуются специальные методы для того, чтобы распознать их качество и значение для жизни группы. А.В. Петровский пишет: «…за не различаемой извне дифференциацией лежит незр ...

Экспериментальное изучение морального эгоцентризма у младших школьников. Программа обследования учащихся начальной школы (интеллектуальное развитие)
Для выявления у одаренных детей феномена эгоцентризма, была применена совокупность различных методов диагностики. Использованная нами программа обследования учащихся начальной школы была выбрана нами как наиболее опробованная и выверенная, рекомендованная Министерством образования РФ. Подбор тестов на эгоцентризм осуществлялся исходя из ...